Стояли у истоков «Краснокаменской»

На этой фотографии — орденоносные представители первого поколения горняков будущей шахты «Краснокаменская», стоявших у самых ее истоков, — Мартемьян и Фома Шитины. Их имена уже упоминались в статье «Ветераны сердцем молоды всегда». Снимок сделан в 1952 году во время отдыха братьев на курорте «Усть-Качка» в Пермском крае. Путевкой в эту здравницу их поощрила шахта №4-6* за безупречную работу в угольной промышленности. Заслуги Шитиных неоднократно были отмечены по достоинству. Мартемьян Павлович — кавалер ордена Ленина, Фома Павлович — ордена Трудового Красного Знамени, оба — Почетные шахтеры, прожили долгую жизнь, полную не только достижений, но и тяжелых испытаний, однако никогда не падали духом.

ШитиныСемья репрессированного забайкальского старообрядца Павла Шитина — жена Татьяна и трое сыновей: Мартемьян, Фома и Тимофей — в 1932 году была сослана в рабочий поселок Киселевский из Заиграевского района Бурят-Монгольской АССР. Они были вынуждены оставить родные места и отправиться в Сибирь, что, конечно же, стало потрясением. Как ни странно, ссыльных приободрил конвоир: «Не переживайте, вас везут в хорошее место, где шахты открывают, там найдете работу и голодать точно не будете». Именно здесь старшие братья показывали примеры образцового труда, самоотверженности, вместе с другими шахтерами стремились поддержать почин Алексея Стаханова, а младший до 1942 года работал на стройке.
Нина Фоминична Шитина и Любовь Фоминична Штырц бережно хранят награды и трудовую книжку своего отца, по записям которой можно узнать о его горняцкой биографии длиной почти в четверть века. Фома Павлович начинал работать поверхностным откатчиком в штольне №10, был подземным коногоном в штольне №21, забойщиком в 10-й штольне, на участках №2, №5 и №6 шахты №4, проходчиком, крепильщиком. На том же предприятии трудился и Мартемьян. Работали честно, не отлынивали, не опаздывали, увеличивали объемы угледобычи. С улыбкой Фома рассказывал дочерям, как однажды шахтеров, перевыполнивших план, на поверхности встречали теплыми поздравлениями и аппетитным угощением — жареным поросенком.
Поначалу Шитины жили в бараках с подселением, а спустя время Фома и Мартемьян получили от шахты ссуду на строительство жилья. Три брата принялись за дело и сами построили добротный дом, который и по сей день сестры Нина и Любовь поддерживают в хорошем состоянии. В нем поселились три семьи: Тимофей с мамой, женой Анной и дочкой Надей, супруги Мартемьян и Анастасия с пятью детьми, Фома с женой Марусей и дочерями. Мама Нины и Любови вместе с родными была сослана в Киселевск из Оренбургской области – из-за «раскулачивания» натерпелись и голода, и лишений. Кстати, некоторое время она тоже работала на шахте, в ОТК, на предприятии и познакомилась с Фомой Павловичем. Женщина делилась с девочками воспоминаниями, как ей приходилось в лютые сибирские морозы, в пургу запрягать коня и везти пробы угля в центр города, в лабораторию на анализ. Холодно было, темно, никого вокруг, боишься, но преодолевать страх надо.
В суровые военные годы Фоме и Мартемьяну дали бронь. Рабочий день шахтеров длился 12 часов. Благодаря их трудовому героизму уже в 1945 году шахта №4-6 превысила довоенный уровень угледобычи в два раза. Тимофей между тем воевал на фронте, был разведчиком. Встретить Великую Победу ему, увы, не удалось: всего за месяц до нее он погиб в Калининграде, подорвавшись на мине. Младший Шитин достойно защищал Родину: он был удостоен 4 медалей «За отвагу» и 2 — «За боевые заслуги». Память о Тимофее Павловиче навсегда останется в сердцах его близких.

Несмотря на все жизненные тяготы, братья-горняки без куска хлеба не оставались – зарабатывали на него своими мозолистыми руками. Обзаводились семьями, с годами расширяли хозяйство: выращивали овощи, держали скотину, домашнюю птицу. Соседи жили дружно, а к Фоме люди особенно тянулись: он был очень добрым, общительным, веселым, умел поддержать разговор в любой компании, поднимал настроение шутками-прибаутками, с удовольствием пел частушки, а его друг Миша Лопатин играл на балалайке. Шитины радушно принимали гостей. Собирали продукты на стол все вместе, приносили, кто что мог: сало, картошку, капусту, огурцы.
К некоторым издержкам своей профессии Фома относился с юмором. Как-то поспорил с мамой, что, когда выйдет из шахты, она его точно не узнает. «Да ну, Фоматка! Родного сына-то?» — не поверила женщина. И напрасно! Однажды поднялся Фома на-гора, с ног до головы покрытый угольной пылью, и видит — мама проходит мимо. Потянул он ее за рукав со словами: «Эй, тетенька!» Мать посмотрела на него с удивлением и испугом – не признала! Сын-шахтер тогда посмеялся от души.

А уж детей Фома Павлович любил самозабвенно. Сядет на лавочку – и ребятня вокруг него дружной гурьбой собирается. Дочек своих никогда не наказывал. Как получка или праздник, всегда гостинцами Нину с Любой радовал: то конфетами, то сочным арбузом, то игрушками. Особенно баловал младшую: попросила ридикюль – ну как же папа откажет поскребышу? Еще и денежек положит!
Фома был заядлым охотником и рыбаком – любимому занятию посвящал выходные, приносил домой улов, дичь, калину для пирогов. Когда брат Мартемьян в 1950-х годах с семьей вернулся в Забайкалье, связи Шитины не теряли – в отпусках ездили друг к другу в гости. Выстояли братья-шахтеры, принимали свою судьбу такой, какая она есть, с горестями и радостями, делали всё возможное, чтобы жить лучше. Вырастили достойных детей. Сестры Нина и Любовь пошли по стопам отца и дяди – выбрали ту же шахту. Старшая работала породовыборщицей, машинистом конвейерных установок, оператором погрузки угля в вагоны на техкомплексе, младшая – пробоотборщицей. Сейчас обе – ветераны труда, имеют и другие почетные награды.
Вспомним тех отважных людей-первооткрывателей, которые ручным способом добывали каменный уголь, выполняли большой объем работ по проведению горных выработок. Жили в землянках, саманных бараках с подселением, сами строили дома для своих семей, пережили годы репрессий, войны. Можно лишь восхищаться их необыкновенной внутренней силой, оптимизмом и стойкостью!

По воспоминаниям Любови Фоминичны Штырц и Нины Фоминичны Шитиной Записала Елена ГАЗИНА.
Фото из семейного архива Шитиных.
* В 1970 году приказом министра угольной промышленности шахты №4-6 и №5 были объединены в одну административную единицу — шахту «Краснокаменская».

Share this:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

* Copy This Password *

* Type Or Paste Password Here *

Я согласен с политикой конфиденциальности